Гильермо дель Торо: очаровательные монстры и страшные сказки в кино

От фильма к фильму дель Торо остаётся собой, будь то камерный триллер или напичканный экшен-сценами и спецэффектами блокбастер. В этой статье мы разберёмся, из чего состоит фирменный стиль режиссёра, и что делает Гильермо дель Торо тем, кем он является.

Монстры

Не секрет, что Гильермо дель Торо питает особую страсть к чудовищам. Монстры режиссёра по-настоящему уникальны — достаточно вспомнить бестиарий картины «Лабиринт Фавна», добрую половину которого сыграл колоритный актёр Даг Джонс. Даже когда дель Торо не единственный автор персонажей своих фильмов, его рука определённо чувствуется. Как в случае с дилогией «Хеллбой» — невооружённым глазом видно, кто создал безумных учёных, древних эльфов и самого героя из пекла.

Карьеру в кино Гильермо начинал в качестве гримёра и мастера по созданию спецэффектов. Учил постановщика Дик Смит, художник мистического триллера Уильяма Фридкина «Экзорцист». Следуя примеру своего учителя, Гильермо дель Торо старается использовать компьютерную графику только там, где без неё точно не обойтись: его монстры практически всегда рукотворны, что делает картинку более реалистичной. 

Большое кино напрямую зависит от технического прогресса, и часто уже через несколько лет после премьеры самые дорогие блокбастеры выглядят устаревшими. Работы дель Торо же с годами только обретают лоск.

Важно и то, что Гильермо по-настоящему любит своих чудовищ. В одном из интервью он сказал:

«Монстры стали мучениками нормальности, то есть их убивают ради нормальных людей. Я понимаю монстров».

Сказки

Можно спорить о том, что больше интересует Гильермо дель Торо — реальность или вымысел, но второго в его творчестве значительно больше. Постановщик из раза в раз заходит на территорию фантастического, будь то волшебная атмосфера оскароносной «Формы воды», сказочный мир «Лабиринта фавна» или кайдзю-стилистика «Тихоокеанского рубежа». Во-первых, это красиво, но дель Торо интересует не только эстетика.

Сказка как литературная форма очень проста и не требует многого от читателя: есть главный герой, есть проблема, которую ему нужно решить, и есть в той или иной мере счастливый конец. Относительно несложная форма даёт творцу-сказочнику практически неограниченную свободу, а мыслителю — пространство для размышления о вечных темах. Гильермо дель Торо сочетает эти качества, мастерски рассказывая о сложных вещах простым и понятным языком зрелища. На поверхности фильмы режиссёра — визуальный аттракцион, но по сути это рассуждения о добре и зле, свободе выбора, синдроме самозванца и даже будущем человечества. 

Войны

Гильермо дель Торо — мрачный художник, исследующий тёмные стороны действительности. Он не обходит стороной и войну — притом не фантастическую, а самую настоящую. Гражданской войне в Испании режиссёр посвятил два своих фильма — «Хребет дьявола» и «Лабиринт фавна». Герои обеих картин сталкиваются с монстрами и призраками, но по-настоящему их пугает жестокая реальность. Дети у дель Торо рано взрослеют, сталкиваясь с несправедливостью, горем и смертью. Это не может не влиять на их внутренний мир.

Сюжет другого фильма постановщика — мелодрамы «Форма воды» — разворачивается на фоне Холодной войны. Особый интерес для Гильермо представляет антагонист, сыгранный Майклом Шенноном генерал Хойт. Главный злодей и источник всех бед героев картины помешан на муштре и извращённом представлении о норме — в некоторых сценах он пугает даже сильнее самых жутких монстров режиссёра. Хойт буквально отравлен войной, и ничем хорошим для него это не заканчивается.

Несмотря на всё это, Гильермо дель Торо избегает реалистичных батальных сцен. Но это не значит, что он не умеет их ставить. Битвы у режиссёра сделаны с особой поэзией — достаточно вспомнить «Тихоокеанский рубеж», в котором огромные роботы крошатся на мелкие кусочки, будто вальсируя. Без драк не смог обойтись и Хеллбой. Красный демон набил руку на уничтожении злодеев, но это не всегда просто ему даётся. Для дель Торо важен конфликт Хеллбоя с собой, его сомнения в своём предназначении и правильности собственных действий. В обеих картинах серии про героя из пекла батальные сцены становятся инструментом режиссёра, с помощью которого он даёт возможность чуть лучше узнать протагониста. 

...и любовь

Гильермо дель Торо настолько же трагик, насколько и романтик. Любовь особенно сильно интересует автора самой большой кунсткамеры в истории современного кинематографа. По дель Торо только любовь может спасти мир — причём как реальный, так и вымышленный.

В картине «Форма воды» романтическим чувствам главных героев отведена большая часть экранного времени. Немая Элайза Эспозито влюбляется в «объекта» — водяного монстра наподобие Ихтиандра из советского фильма «Человек-амфибия». Любовь буквально помогает Элайзе залечить смертельные раны, на что режиссёр обращает внимание зрителей в финальной сцене фильма.

Нежность главной героини «Лабиринта фавна» Офелии к своей матери помогает ей бороться за жизнь. Влюблённость Томаса Шарпа из «Багрового пика» в главную героиню становится самой светлой частью его жизни. Даже у Хеллбоя есть девушка, ради которой красный монстр готов пойти на всё — даже победить саму смерть и убраться дома.

Изображая любовь, Гильермо дель Торо всегда крайне убедителен. Постановщик и сам души не чает в своих героях — милых чудовищах и пугающих людях. В свою очередь, творчество дель Торо обожают миллионы зрителей по всему миру. Мы — в их числе.